Игорь Белов: «В детстве меня не брали в музыкалку»

Музыкант Игорь Белов: «В детстве меня не брали в музыкалку»

Он въехал в зал на велосипеде, поставил его у сцены и произнес: «Наконец-то с директорством на какое-то время покончено». Все это происходило на юбилейном творческом вечере по случаю «как бы 50-летия» Игоря Владимировича Белова, директора костромской школы искусств №2 и известного музыканта. Он никогда не отмечал своих дней рождений, но на этот раз отвертеться не удалось. И у всех, пришедших на этот замечательный вечер в заволжскую «музыкалку», наконец-то появилась возможность сказать ему все, что о нем думают. А думают вот что: «Не богатырь, а такую деятельность развернул», «Белов — штучный товар, по большому счету, давно перерос Кострому», «Аранжировщик от Бога — дарует вторую жизнь мелодиям», «Прирожденный вокалист»…

- Игорь Владимирович, неужели правда, что в детстве вас не принимали в музыкальную школу из за отсутствия музыкального слуха?
- Правда. Изначально его не было. Музыкой стал заниматься поздно — в 10 лет. Попасть в музыкальную школу — единственную на районный Муром — очень сложно. Меня взяли только кандидатом, да и то через знакомых. За год я прошел двухгодичную программу, вскоре обогнал всех, кто рядом учился, и в четвертом классе педагог давал мне программу, которую сам играл по окончании музучилища.

- А как же отсутствие музыкального слуха? Выходит, не так он важен?
- Важен. Важна и наследственность, и музыкальная среда. Трудолюбием и фанатической преданностью музыке слух можно развить. И с каждым годом слышу острее. Для настройки гитары камертон мне сейчас не нужен.

- В чем проявилась фанатическая преданность? — Я вырос в семье технарей. Когда заявил, что поеду поступать в музыкальное училище в Дзержинск, то все категорически были против. В пятнадцать лет в бандитский город (Дзержинск занимал второе место после Одессы в СССР по преступности)! Ни за что! Музыкальная среда — богема, где пьянки и разврат! И все-таки на своем решении я настоял и уехал в Дзержинск. Именно там в музучилище обучали нас, в основном, лучшие педагоги из Нижегородской консерватории. Так что мой переход в консерваторию получился плавным.

- И с консерваторским-то образованием в костромскую музыкальную школу.
- Когда мы с женой после консерватории приехали сюда, на её родину, я сначала пошел в филармонию, но там мне сказали, что баянист у них уже есть. Так что пришлось мне заняться не концертной, а педагогической деятельностью. Через год меня назначили завучем, а через десять — директором.

- У вас репутация новатора.
- Может, просто раньше других начинаю чувствовать то, что витает в воздухе. Когда с распадом советской системы пропал интерес к хоровой культуре, мы раньше других открыли вокальное отделение — и оно пользовалось гигантским спросом. В 90-е годы, когда после приватизации книжных магазинов с полок исчезли ноты и музыкальная литература (а появились шубы), мы открыли в нашей школе свой магазин. Это был тогда единственный опыт в стране. А началось все с того, что, побывав в Москве, с удивлением обнаружил, что издательства завалены шикарной новой музыкальной литературой. И все это пылилось, поскольку система сбыта была нарушена. Почти три года благодаря указу о свободе торговли я одновременно числился директором школы и директором магазина. И вот во времена всеобщего развала и дефицита педагоги-музыканты могли у нас приобрести практически любую литературу по специальности. «Спасибо за чудо-магазин», — говорили нам. Мы первыми уловили возросший интерес к изобразительному искусству — в прошлом году даже открыли целое отделение художественной школы.

- Административная и педагогическая работа, ежедневная «текучка» — ремонт, расписание, уроки. Словом, не до высокой музыки. И вдруг в последние десять лет ваше имя засверкало на музыкальном небосклоне, да еще как! Игоря Белова знают не только в России, но и за рубежом. Долгий разбег — большой успех?
- Да не было никакого разбега! До сорока лет нигде, кроме школьной сцены, не играл. Не до того было. Но я хорошо запомнил фразу, которую мне сказала одна из руководителей костромской культуры. Как-то наблюдая, как медленно она подбирала детскую песенку на фортепиано, с усмешкой спросил: «Что же ковыряетесь, не можете сразу сыграть», на что она ответила: «Вот подожди, когда поработаешь администратором лет пятнадцать, я посмотрю, сможешь ли вообще четыре такта хотя бы двумя пальцами сыграть». Фраза мне запомнилась. А багаж, работая с учениками, все же подкапливал. И вдруг, когда мне стукнуло 40 лет, звонит Ольга Бокова, известная исполнительница романсов, и просит аккомпанировать на гитаре в одном из её концертов. С ходу делаю программу, ее крутят по местному телевидению. Потом началась цепная реакция приглашений и выступлений.

- Какими музыкальными инструментами владеет «человек-оркестр» Игорь Белов?
- Да, за свою жизнь я все перепробовал. Но сейчас мне достаточно для самореализации щипковых, клавишных и кнопочно-меховых инструментов.

- Не так давно вы дали сольный концерт на цифровом баяне. Говорят, какой-то немыслимо уникальный инструмент.
- И редкий. Их в России и за рубежом — единицы. Цифровой баян «свалился» на меня год назад. Я как раз с баяном попрощался, собрал все ноты и отнес в музучилище. И вдруг узнаю, что на международной выставке в Москве появился цифровой баян, который полностью воспроизводит звучание всех лучших натуральных аккордеонов и гармоник мира, плюс к этому играет разными оркестровыми голосами — флейтой, кларнетом, саксофоном и т.д. И вот, не видя его, просто доверившись рекламе и отзывам очевидцев, я бросаю в эту «авантюру» все накопленные на машину средства, да еще и занимаю. И наконец он у меня в руках. Действительно, это чудо-инструмент. Поскольку электронными технологиями занимаюсь давно, то времени на освоение ушло немного. Внутри его — сплошная электроника, мехов, как таковых нет, есть датчики, имитирующие движение воздуха. По сути — компьютер, а не баян как таковой. В принципе, это совершенно новый инструмент, обычному баянисту играть на нем сложно, проще обучить небаяниста.

- Игорь Владимирович, в 90-е годы вы выступали в кабаках. Надо было как-то выживать?
- Не в кабаках, а в кабаке, а точнее, — в блинной. И не нужда заставила, а творческий интерес. То была идея-фикс Владимира Смирнова-Старателева. У него же целый есенинский песенный цикл, и ему захотелось найти какой-нибудь старинный кабачок и наполнить его есенинским духом. И вот однажды его планы исполнились. Хозяйка вновь открывшейся блинной, прослышав про дуэт двух гитаристов, пригласила нас. Раз в неделю мы делали в этом симпатичном полуподвальном помещении музыкальные вечера. На «Есенина» стала приходить своя публика — студенты, музыканты, даже школьники целым классом. Но они не покупали водку, не устраивали пир горой. В общем, искусство пришло в противоречие с законами экономики. А потом хозяйка приобрела караоке (тогда был самый взлет интереса к пению под фонограмму, люди готовы были за это платить), стала подсчитывать прибыль — есенинские вечера прибыль не приносили…

- Расскажите о вашем проекте «Золотой запас России».
- По сути, это восстановление народной филармонии, которая была в советское время. Начала проект Рузанна Севикян. Система художественной самодеятельности вместе с былой державой рухнула, а люди, желающие реализовать свои музыкальные таланты в свободное от работы время, остались. Словом, один исполнитель позвонил с просьбой подыграть на концерте, другой — помочь диск записать, третий, четвертый… И вот количество перешло в качество — в настоящий проект. К 100-летию русского баяна его участники дали концерт. Кстати, по отдаче, по уровню душевного воздействия на публику любители порой на несколько порядков выше, чем профессионалы.

- У вас дома есть своя студия звукозаписи…
- Чтобы выжить, современному музыканту мало научиться играть программу, нужно уметь делать аранжировки, записывать их, обрабатывать. Словом, нужна, пусть небольшая, но своя хорошая студия звукозаписи. Вот и пришлось мне перегородить большую комнату в нашей квартире, сделать профессиональную шумоизоляцию. А соответствующую аппаратуру я давно собирал. Для нашей школы студия — тоже подспорье. Много сделано для озвучивания музыкальных спектаклей, не говоря уже о всяких аранжировках, сопровождении вокалистов, минусовках. Этим летом наши ребята выступали в Италии под музыкальное сопровождение, записанное в «домашних условиях».

- Игорь Владимирович, многие искренне покорены вашим удивительным вокалом.
- В детстве, когда родственники собирали застолье и пели — кто в лес, кто по дрова, — я всех перебивал: «Дайте я счас спою». Сейчас я этого не делаю, поскольку знаю, что до нормального вокала мне далеко. Зато я внутренне пою с тем, кому аккомпанирую. Все удивляются: «Какой вы хороший концертмейстер», а весь секрет в том, что я просто сливаюсь с исполнителем в одно целое.

- Где же вы время-то на всё находите?
- А ночи на что? Перед юбилейным вечером был рекорд — спал 24 минуты. Но как говорила мой преподаватель по дирижированию Маргарита Александровна Саморукова, феноменальный специалист и легендарная личность, все дела надо делать между делом. Сама она вкалывала в полный нагруз на пяти-шести работах, имела всего два костюма и практически все деньги отдавала в фонд мира. Мне такое и не снилось, но что-то стараюсь успевать.

- Тут и велосипед помогает?
- А как же. Велосипед — и удовольствие, и экономия времени. Я на нем в любое время года. Заволжье уже знает: едет кто-то зимой на велосипеде — это директор музыкальной школы.

- Видеоматериалы с вашим музыкальным исполнением благодаря интернету «гуляют» по всему миру. Приятно?
- Больше всего отзывов на мой сайт поступает из Скандинавских стран, где безумно любят гармонику, баяны. Конечно, приятно, что моя аудитория расширяется.

Алевтина Новикова.
«Молодежная линия» 11 октября 2007 года

Обсуждение закрыто.

Copyright © Igor Belov. 2007-2018. All rights reserved.
Created 07.07.2007 last updated on 21.05.2018

Кострома. Каталог и рейтинг сайтов Яндекс.Метрика

Сегодня